"ОФИЦЕРСКИЙ МАРАФОН" 2018 (ПРОДОЛЖЕНИЕ)

Журавля в небе под именем Валерий я ловить и не пытался, а вот про Илью Тетерина был уверен, что серебряная синица у меня в руках и к исходу пятого круга мы побежим уже вместе (какое-то время). Однако в туманной перспективе возникали лишь силуэты «круговых» бегунов. При этом, у меня даже не возникло допущения, что он мог сойти с дистанции. На исходе третьего круга в ход пошёл кусочек хлеба, дежурная курага и снова углеводный глоток. Нет бы - чаю попить, ведь предлагал Сергей Носачёв…

Побежал на четвёртую петлю. Ещё на первых двух кругах подзабились задние поверхности бёдер, но к этому явлению я отношусь спокойно, оно носит хронический характер, ну есть и есть… чуть упавший темп (при опережении плана на 5 минут) снизил и боль в бёдрах. Снова курага, снова хлебушек, глоток углеводов и теперь чай из рук Вячеслава Якунина. Какое невероятное тепло разлилось по телу! Новый заход. Ильи не видно. Сзади никого… 30км. Вот тут и началось как в песне: «ветер биатлона гонит нас вперёд»… Стартовую прямую шестого круга я бежал с капюшоном, который закрывал мне всё, кроме одного глаза, потому что я ещё и голову слегка развернул от ветра в бок. Где-то на середине прямой отчётливо начал слышать топот позади. Оглянуться – значит ветром захлебнуться, заледенеть, окаменеть, да и расстраиваться не хотелось. Кто-то меня догнал. Капец. На повороте к «южному полюсу» скинул капюшон (он и сам бы от порыва ветра слетел) и оглянулся: НИКОГО!!! И лишь красный силуэт преследователя стал виден где-то сквозь метель в метрах 500 а может и больше. Это был Игорь Головко (что я узнал только на финише). Кто же топатил за спиной? Что за призрачный марафонец? Может в тот момент душа полетела вперёд, а тело осталось позади, и она слышала топот своего же тела? А может это стала отставать и сдавать свои позиции одна из моих субличностей? Например, «гневный старикашка», который проявил себя накануне старта после сеанса холотропного дыхания. Так или иначе, «ветер в харю, а я шпарю». К концу шестого круга я заметно сдал в темпе, к бёдрам прибавились налитые свинцом икры и, что означает у меня крайнюю степень усталости, возникли неприятные ощущения в боковых поверхностях бёдер. Перчатки уже не очищались от льда, курага была в собственном снегУ, а кусочек хлеба, который на исходе ещё пятого круга я жевал-жевал задубевшими челюстями, но слюна упорно не выделялась и я его как-то уж затолкал куда надо, в этот раз остался лежать в кармане до финиша. 36км. Чай. Углеводы (почти лёд). Надо было наоборот. Но… недопитый чай уже окропил снег. В кармане осталась последняя курага. Как последний патрон. Для себя. Игорь Головко уже метрах в 300-350. Бегу. Уже не надевая капюшон. Рассказываю себе как мало осталось. Сущий пустяк. Самый трудный отрезок дистанции – уже глаза ничего не видят, бегу «по приборам». На льду Гребного Канала сидит и машет лапой белый медведь, слегка дёргая носом по ветру: обедом пахнет. Полярники на собачьих упряжках проносятся навстречу. Хвосты виляют. Собаки лают. Ну, лайки значит. Лайки. Лайки. Ставьте лайки! Ха-ха! Догоняю мужика в одной майке. Ну всё, приехали. Медведи и полярники – это выглядело логичным продолжением картины, но мужик в одной майке – это уже начались галлюцинации. Поровнялись. Посмотрели друг на друга. Я промычал что-то нечленораздельное, но, думаю, он меня понял. Хотя я и сам не понял, что хотел выразить этим звуком. Мужик вроде настоящий. Отрезок, где затишье. Достаю «последний патрон». Всё. Больше нечего есть, будем бежать на том, что есть. Ноги уже словно вышли из под пилы Папы Карло. Игорь Головко приближается быстрее чем финиш. Выбегаю на предфинишную прямую, а она, собака, бесконечна. Здание Гребного Канала виднеется издевательски на горизонте. Даже не смотрю туда, чтобы не огорчаться. Смотрю под ноги. Думать о том, что я делаю – сил нет. Думаю о том, для чего я это делаю. Что всю дистанцию быть безнадёжно третьим, а на финише проиграть «тумбочку»… ум подкидывает мысль, что о призах я и не мечтал, а цель была – «личник» и если я перейду на шаг (а бежать уже ну просто бред), то всё равно личник будет. Не будет только третьего места и чувства глубокого морального удовлетворения. Игорь в 200 метрах. Тогда, когда самым очевидным казалось пойти пешком, по каким-то сусекам организма собрал непонятно что и… ускорился. На повороте махал флагом Саша Филин, дал пятюню. Я протянул свою, по ощущениям – словно не ладонь, а гирю поднял пудовую. Финишная прямая. Игорь в 100 метрах. Третье соревнование подряд «ни на чём добежал». 03:28:18. «Пристрелите меня, вот – ружьё…» Падаю в снег под пункт питания с горячим чаем. Говорят, что надо вставать, наливают чай и задают нужное направление в сторону раздевалки. Через 21 секунду после меня узнаю, что за мной бежал Игорь Головко 

«Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?...
Играют волны — ветер свищет,
И мачта гнется и скрыпит...
Увы! Он счастия не ищет
И не от счастия бежит!
Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой...
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!»
(М.Ю. Лермонтов) 
Не про каждого из нас ли сии строки, друзья-марафонцы? Возможно, пойди жизнь другим путём, а не побеги как нынче, плёлся бы я сейчас из кухни на диванчик, чесал живот, набитый праздничной буженинкой и смотрел бы кино про войну, попивая пивко… Но alea jacta est и я, пожав серебряную руку Ильи Тетерина, нахожу подходящую лавочку в тренажёрном зале и ложусь, закрывая глаза, опустошённый и наполненный одновременно. Благодать… Satisfaction. Когда всё позади, наступает непонимание: как я всё это сделал? С закрытыми глазами голова кружится. Открываю. Сажусь. Бреду к чаю. Протеиновый батончик не грызётся. Ем чай. Заходит бодрый Андрей Васильев, которому в мае предстоит стать «ультраэльтонафтом». Для него сегодняшний марафон – просто тренировка и по его хитрому выражению лица понимаю, что к Эльтону он готов. Эльтон, жди! Переодеваюсь в меру сил. Выхожу на свет Божий замяться, но ноги могут только идти, не сгибаясь. «На голове его колпак…» Попадаю к финишу Даниила Орлова из Таганрога и вешаю ему на шею заслуженную медаль. Он впечатлён стихией. Да, это нам не в апреле по набережной бегать, когда дождь на первом марафоне в жизни казался жестью. Финиширующие марафонцы стали наполнять «раздевалку», гость из Тольятти Валерий Пилацкий, не отбивая сосульки на усах, прочитал нам свои стихи о марафоне и марафонцах, чем сорвал заслуженные аплодисменты утомлённых мужчин. А потом всех пригласили на церемонию награждения. Выходя из раздевалки, вспомнил, что пять часов назад вот так же выходили мы из неё и шли на старт, зная, что будет трудно, но что настолько… Зная бы это, наша марафонская дружина, проходя мимо одного из сопредседателей клуба, занявшего позицию в зоне старта участников забега на 12 км, должна была громко прокричать приветствие римских гладиаторов, обращённое к Императору: «Ave, Caesar, morituri te salutant!», что означает: «Слава Председателю, идущие на смерть приветствуют Тебя!»

Мой пятый официальный марафон пройден (бегом). Цель была, не делая скидку на преодолённый за 5 дней до этого жестокий полумарафон с грязью и высотой восхождения около 400м и погодные буйства в день марафона, завершить дистанцию за 3:29. Итог: 3:28:18. Личный рекорд, установленный в благоприятных условиях Каменоломен, улучшен на 8 минут.
Выяснил, что могу без гелей выбежать из 3:30. Следующий марафон - или UMS или Волгоград (а может "и" а не "или") буду штурмовать 3:20. Курочка по зёрнышку...

 

Оставить комментарий

Интересно

НАШИ СТАРТЫ